Сучасні вірші, проза, твори Літературні твори, вірші, проза на теми: кохання, любов, життя
Корзина: +0

 [Логін]
 [Пароль]
07.06.2018 12:44Роман
 
Огненная чаша
Рейтинг: 5 | 1 гол.
Без обмежень
© Анатолій Валевський

Огненная чаша

Часть №13
Анатолій Валевський
Опубліковано 07.06.2018 / 46281

ТРЕВОГА


Темно-синий бездонный камень перстня настойчиво притягивал и уже не отпускал взгляд, словно мутный омут, неотвратимо затягивающий неопытного пловца в свои темные холодные глубины. Ольма с огромным трудом оторвалась от него и, поспешно завернув перстень в линялую тряпицу, упрятала его на самое донышко берестяной шкатулки. Немного подождав пока прошло легкое головокружение, вызванное длительным разглядыванием необычного камня, знахарка накинула на плечи старенький затертый тулуп. Осторожно выскользнув из избы и перебежав по скрипучему снегу темный двор, она тихонько постучала в окошко приземистой амбарной пристройки, за которым слабым огоньком мерцала лучина.

Почти тотчас плотная занавеска отодвинулась в сторону, и к замерзшему стеклу приникло сморщенное старческое лицо с крючковатым носом. Подслеповато щурясь, старуха пыталась разглядеть в ночной темени припозднившегося посетителя. Наконец, узнав Ольму, она приглашающе кивнула головой. Занавеска тотчас опустилась, наглухо закрыв окно.

Через несколько мгновений пронзительно скрежетнул отодвигаемый засов, и дверь распахнулась. Из затхлого полумрака блеснули настороженные глаза.

- Это ты, Ольма? И чего это тебе, девка, не спится ночью?! - прошепелявила старуха.

- За советом я к тебе, бабушка Тора. Поговорить надобно, - ответила Ольма, зябко передернув плечами. - Может быть, впустишь в избу-то, ведь холодно?!

- Э-хе-хе... Чего уж там, пришла - так входи...

Старуха отодвинулась в сторону, пропуская Ольму внутрь, а затем быстро закрыла дверь и снова задвинула засов.

В комнате царил душный полумрак. Только на столе неуверенно колебался желтоватый круг света от потрескивающей лучины. В нем тускло и мягко поблескивали гладкими отполированными боками разноцветные камешки, выложенные каким-то весьма сложным замысловатым узором.

Ольма с любопытством уставилась на них.

Проследив за ее взглядом, Тора быстро накрыла камешки старым вылинявшим платком и сварливо проворчала:

- Нечего тебе, девка, на это зенки пялить! Говори быстрее: за чем пожаловала ко мне в такой поздний час?

Ольма смущенно присела на колченогую грубую скамью у перекошенного стола и неуверенно произнесла:

- Мне бы узнать об одном человеке...

- Мужик что ли? - усмехнулась старуха.

Не дожидаясь ответа еще более смутившейся женщины, Тора неожиданно резво для своих преклонных лет шмыгнула в темный угол, какое-то время повозилась там, чем-то громыхая, и вскоре вернулась, бережно неся в руках маленький глиняный горшочек, покрытый охристым орнаментом и путаной вязью каких-то непонятных символов. Она аккуратно поставила его на стол, а затем вновь исчезла в углу. Ольма слышала, как Тора чем-то громко шуршала, что-то переставляла с места на место, при этом что-то невнятно бормоча.

Наконец она угомонилась и возвратилась к столу с маленьким узелком. Развязав его и разложив перед собой, старуха принялась извлекать оттуда одну за другой разнообразные засушенные травки, веточки и корешки. Она тщательно растирала их жесткими узловатыми пальцами в порошок, что-то тихонько нашептывала, словно уговаривая, и бросала в горшок.

Ольма с неподдельным удивлением следила за сноровистыми действиями Торы.

- А что это за травы у тебя? - не выдержала она. - Они почти все мне не знакомы...

- Тебе это и знать незачем! - сердито отрезала старуха. - Те травы, которые потребны для врачевания, ты не хуже меня сама знаешь. А эти, что для ведовства и ворожбы предназначены... - о них не спрашивай. Очень опасно это знание - тебе ни к чему!

Когда бабка Тора наконец-то закончила свои длительные приготовления, она резко обернулась к Ольме, отпрянувшей от неожиданности, и, протянув к ней ладони, требовательно произнесла:

- Ну, давай!

- Что? - не поняла Ольма.

- Как, что?! - старуха даже подпрыгнула от возмущения. - Ты что, девка, разве не знаешь, что для того, чтобы узнать что-либо о человеке, надобно перво-наперво иметь какую-нибудь его личную вещицу?! Есть у тебя что-нибудь такое, али нет?

Ольма растерялась, было сперва от такого неожиданного стремительного напора, но тут же вспомнила о застежке от плаща Аргнара, которую хранила в потайном кармане платья. Знахарка оставила ее у себя на память о той тревожной ночи, когда Данго принес на хутор раненого воина.

- Вот, - смущенно пробормотала она, протягивая старухе открытую ладонь, на которой тускло поблескивала овальная фибула с изображением прямого меча.

Тора быстро выхватила ее из рук молодой женщины, внимательно оглядела со всех сторон и, удовлетворенно кивнув, опустила застежку в горшочек. После этого старуха мгновенно задула лучину. В наступившей темноте слышны были только какие-то странные шорохи и невнятное бормотание.

Ольма старательно прислушивалась, пытаясь разобрать слова, но к своему превеликому удивлению ничего не смогла понять. Совершенно незнакомая речь завораживала приторно-тягучим ритмом, гипнотизировала, приковывая взгляд к горшку.

Постепенно из его горловины начало подниматься и разливаться во все стороны слабое свечение, внутри которого было заметно призрачное мерцание, словно далекие звездочки перемигивались где-то в беспредельной Вечности.

Бормотание Торы становилось все быстрее и громче, одновременно с этим оставаясь глухим и неразборчивым. Иногда в ее голосе проскальзывали неприятные визгливые нотки.

Ольма почувствовала, что совершенно не может шевельнуться, даже просто моргнуть глазом она была уже не в силах. Глаза от напряжения начали слезиться, но знахарка, тем не менее, не могла оторвать взгляд от горшка.

Неожиданно из горловины в потолок комнаты ударил плотный сноп нестерпимо яркого белого света. Старуха-ведунья резко вскрикнула, отпрянув от стола, и в испуге замерла. В глубине сияющей колонны появился сначала весьма смутный силуэт человеческой фигуры, постепенно приобретающей все более четкие и узнаваемые очертания. Вскоре Ольма уже различила, что это высокий статный воин в хорошо подогнанных по фигуре серебристо-серых доспехах. Держа в руке обнаженный меч, он широким шагом уверенно уходил куда-то вдаль по прямой дороге. Рядом с ним, слегка пригнув голову, шел большой волк. Вокруг воина угрожающе клубилась тьма, но там, где он проходил, мрак расступался и уже не мог соединиться вновь.

Вся фигура воина была окутана чистым светлым сиянием, при виде которого сердце трепетно замирало в ожидании какого-то великого откровения и отрешенности от мирской суеты. Неземной воин уходил, не оборачиваясь. Ольма совсем не видела его лица, но ей казалось, что она узнает его из тысячи.

Внезапно щемящее душу видение померкло, световой столб заколебался и погас, и в комнате воцарилась безмолвная темнота. В гулкой тишине было слышно лишь, как где-то в подполе скребутся неугомонные мыши, да за окном гуляет ночной ледяной ветер.

- О-хо-хо... вот так дела... - вздохнула Тора, словно приходя в себя после тяжелого сна.

Она подвинулась ближе к столу, зажгла новую лучину, а затем как-то несмело заглянула в горшочек. Ее косматые брови в изумлении поползли вверх.

- Что там? - робко поинтересовалась Ольма.

- А ничего, пусто...

Старуха изучающе пристально посмотрела на нее, словно видела впервые, закусила губу и, то ли осуждающе, то ли сочувственно покачала головой. Затем, бережно обернув горшок холстиной, она отнесла его обратно в темный угол и все так же молча принялась убирать со стола цветные камешки.

- Что это было, бабушка Тора? - тихо спросила Ольма.

Старуха, сгорбившись, замерла, а затем с сокрушенным вздохом опустилась на скамью, и устало скрестила на коленях сморщенные руки. Она долго - долго смотрела в пол, а когда, наконец, подняла печальный взгляд на Ольму, лицо ее выглядело измученным и осунувшимся. Казалось, что она постарела еще больше.

- Ох, не знаю, - как-то неуверенно призналась Тора. - Я с таким впервые в жизни столкнулась... Только я тебе, девка, вот что скажу: забудь ты о нем вовсе!

- О ком?

- О мужике-то своем...

- Почему?

- Да потому, что не твой он! - воскликнула Тора, но тут же успокоилась и добавила с печалью: - Путь его лежит в безвременье. На воине твоем великая печать Вечности - он избран...

- Кем? - задохнулась Ольма.

- Вышними силами, - словно нехотя ответила старуха.

- Может, ты ошиблась? Может, твоя ворожба соврала?

Ольма умоляюще сложила ладони, с надеждой глядя на Тору.

- Может, и так, - неожиданно легко согласилась старуха, отводя взгляд в сторону и вставая из-за стола. - Пути Господни неисповедимы! Ступай-ка спать, Ольма, время-то уже далеко за полночь, да и я с тобой тут изрядно притомилась.

После того, как она выпроводила молодую женщину за двери, Тора снова достала из укромного угла горшок и осторожно высыпала его содержимое на стол.

На холмике серебристой пыльцы лежала уменьшенная копия прямого боевого меча с рукоятью в форме крестовины, увитой колючей ветвью терновника.

Подперев голову руками, старуха, пригорюнившись, смотрела на него, не отрывая взгляда.

- Стало быть, не врет легенда. Уж близок час великой битвы... - едва слышно прошептала она.


* * *


Предрассветный прохладный туман мягко стелился над самой землей и медленно плыл по улице, беззвучно растекаясь молочно-белыми ручьями между домами. Доверчивая ласковая тишина, наполненная сонной ленью, царила в столице Берта. Ничто в округе не двигалось, не слышалось ни одного звука. Это было то самое волшебное время, когда крепкий сон безраздельно властвует на земле, а свободные от дневных забот души людей витают где-то в бескрайних просторах сладостных и несбыточных грез.

Небо над темной грядой Джунхаргских гор слегка высветлилось, обозначив их вершины зубчатой изломанной линией, а яркие звезды начали постепенно блекнуть, словно остывая. От покрытых тягучим мраком склонов и пригорья на долину падала густая непроницаемая тень, скрывая от глаз стражников спящие поселки баронства. Ничто не тревожило их мирный сон.

На дозорной вышке, поднявшейся над запертыми по ночному времени главными воротами крепости, облокотившись на толстые перила и опираясь на копье, стоя дремал караульный. Хоть как он и не сопротивлялся, однако всепобеждающий предрассветный сон сморил и его. Не то, чтобы в Берте относились к гарнизонной службе спустя рукава, просто кольцо неприступных высоких гор надежней всего охраняло баронство от неожиданного нападения возможных врагов, а немногочисленные заснеженные перевалы, через которые можно было бы проникнуть в долину, день и ночь стерегли опытные воины-следопыты. Мимо них ни птица, ни мышь не могла проскочить незамеченной, не говоря уже о воинских отрядах.

Рука мирно дремлющего стражника непроизвольно соскользнула с древка копья. Он резко вздрогнул и настороженно поднял голову, мутным спросонья взглядом обвел покрытую сумраком долину. Вроде бы все было тихо и спокойно.

Переменив позу и немного размяв затекшие ноги, воин смежил веки и, уж было, собрался опять погрузиться в сладостную дрему, когда возникший где-то со стороны западных отрогов гор едва различимый ритмичный звук коснулся его слуха.

Тотчас сон как рукой сняло. Стражник мгновенно подобрался, на лице его появилось тревожное удивление. На юго-западе Берт граничил только с дружественным баронством Кержи - уж оттуда нападения никак не могло быть. Но, тем не менее, именно оттуда доносился постепенно усиливающийся звук, пробудивший воина, который убедительно свидетельствовал о приближении очень большого отряда людей и, судя по слитному и ритмичному топоту, это был многочисленный воинский отряд.

Более не раздумывая, стражник выхватил из-за широкого пояса деревянный рожок, отделанный черненым серебром. Громкий сигнал тревоги, давно уже не беспокоивший обитателей долины, прорезал уютную тишину резким звуком, прервав их мирный сон.

Тотчас из караульной пристройки вывалились заспанные стражники и гурьбой бросились к воротам, торопливо поправляя на ходу доспехи и проверяя оружие. Где-то в центре крепости, от дома барона Гофера звонко откликнулся еще один сигнальный рожок. В темноте захлопали двери домов. То там, то тут вспыхивали факела; дворовые псы подняли беспорядочный лай.

Хмурый начальник стражи, громыхая тяжелыми коваными сапогами, первым взбежал на дозорную вышку.

- Что случилось? - требовательно вопросил он караульного, бегло оглядывая окрестности.

Воин, поднявший тревогу, без лишних слов вытянул руку, указывая на запад.

- Оттуда приближается какой-то отряд...

- Так это прямая дорога на Кержи, - начальник озабоченно потер подбородок. - Они же наши союзники.

- Оно-то конечно так, - согласился воин. - Только почему ночью идут и, судя по всему, большими силами?

Стражник выжидательно уставился на своего командира, ожидая его решения. Начальник караула задумчиво пощипал ус, о чем-то быстро соображая, а затем перегнулся через перила и крикнул, обращаясь к одному из воинов:

- Эй, Гарди, ну-ка быстро дуй к барону и доложи, что со стороны Кержей подходит большой вооруженный отряд!

Но никуда бежать не пришлось. Послышался быстрый перестук копыт, и вскоре показался сам барон Гофер в сопровождении двух десятков всадников в полном воинском облачении. Осадив гнедого коня у самых ворот, правитель Берта спрыгнул на землю и не по годам живо взбежал по крутой лестнице на площадку сторожевой вышки. Судя по воспаленным покрасневшим глазам, в эту ночь он спал неважно, если спал вообще. Сурово глянув на своих подчиненных, Гофер коротко спросил:

- Что тут?

- Ваша светлость, от Кержей сюда движется войско!

Барон тревожно нахмурился, пытливо глянул на долину, словно пытаясь пронзить взором непроглядный мрак, а затем начал отдавать распоряжения подчиненным:

- Легкий конный разъезд сей же час отправить на западную дорогу! Пусть разведают: кто идет, какими силами, с какой целью? Всех лучников и арбалетчиков - на стены, бить только по моему приказу! Копейщиков выстроить у ворот, на флангах расположить мечников, а всю кавалерию - в резерв! Все!

Воины бросились исполнять приказы.

Подходящих тут же направляли на участки, указанные бароном. Слышалось грозное бряцанье доспехов и лязг мечей.

Глянув вниз, Гофер заметил Странника, казалось, совершенно спокойно стоящего в переднем ряду защитников, скрестив на груди руки. Но старый барон слишком хорошо знал это кажущееся спокойствие. Он собственными глазами когда-то на турнире мечников видел, как этот воин в мгновение ока превращался в неуловимую разящую молнию, за которой и взглядом-то не поспеешь, не то, что действием! Поймав на себе внимательный взгляд Странника, Гофер махнул ему рукой, приглашая подняться наверх.

Через минуту они уже стояли рядом и разговаривали.

- Как мыслишь, это враги приближаются? - спросил барон.

- Вряд ли... - в сомнении покачал головой воин. - Для этого объединенному войску потребовалось бы сперва прорваться в Кержи, а затем уже повернуть на восток. Но они не могли успеть сделать такой крюк, да и зачем? Нет, барон, они пойдут приступом на перевалы Берта и попытаются ворваться с ходу.

- Кто ж тогда идет сюда ночью?

Аргнар пожал плечами.

- Кто бы ни шел, а крепость так просто не возьмет…

Разговор прервался. Гофер и Странник напряженно пытались хоть что-нибудь разглядеть в предрассветной мгле.

Вскоре послышался приближающийся топот копыт. Из темноты вынырнул всадник. Развевающийся за его плечами плащ напоминал широкие крылья. Не слезая с коня, посыльный торопливо доложил:

- Три сотни латников тяжелой пехоты из Кержей. Они пришли по приказу барона Сегура.

- Зачем?

- Их командир сказал, что доложит лично правителю Берта.

Взмахом руки Гофер отпустил гонца и замер в ожидании.

Время тянулось медленно, изматывая нервы.

Небо постепенно высветлялось, размывая сумерки, и густая тьма, окутывающая всю долину, таяла. Сначала еще смутно проступили неясные очертания тянущихся вдоль дороги крестьянских построек, а затем показалась движущаяся по западной дороге воинская колонна. По мере приближения все четче становились видны, закованные в стальные доспехи, тяжеловооруженные дружинники.

Да, это шла краса и гордость Кержей - личная гвардия доблестного барона Сегура. Впереди отряда размашисто шагал широкоплечий воин средних лет. Волевое лицо его было суровым, даже жестким. Перед самыми воротами он поднял вверх левую руку, и колонна замерла.

Гофер спустился с вышки и приказал стражникам:

- Открывай ворота!

Когда створки распахнулись, он вышел навстречу прибывшим.

- Приветствую тебя, Бранд! - произнес барон. - Что привело тебя в наши края? Я вижу - ты не один путешествуешь...

- И я приветствую тебя, правитель Берта!

Воин приложил правую руку к сердцу и нагнул голову в почтительном поклоне.

- По приказу моего господина я привел под твое знамя три сотни лучших бойцов Сегура.

- Но ведь я не посылал в Кержи гонцов и не просил о помощи... - удивился Гофер.

- До моего господина дошли тревожные слухи о надвигающейся на Берт войне. А тут еще на днях торговый караван из королевства Менткроуд принес дурную весть: несокрушимый родовой замок Мелродов полностью разрушен, а все до единого защитники погибли...

Старый барон порывисто схватил Бранда за плечо.

- Ты в этом уверен?

- Купцы привезли с собою в доказательство сломанный меч барона Греттира. Уж я-то его знаю. Этим мечом Греттир всегда открывал состязания на Турнире Мечей...

- Кто это сделал?

- Никто не знает, - воин-ветеран пожал плечами. - Говорят, что вокруг замка было полным-полно каких-то диковинных следов, но разобраться в них никто не смог... Нынче очень много странного, а порой и весьма зловещего происходит на обширных землях Вальгарда. Совершенно неожиданно кочевники передвинули свои шатры подальше от Поющего леса, в котором объявились какие-то доселе неведомые злобные твари, пожирающие людей. Ожили давно пустующие Тенгоровы болота - там тоже какая-то нечисть завелась, а в Обманных горах снова обосновались рыжие карлики. О них уж и позабыли давно, а видать напрасно. Поди, опять примутся за свои колдовские штучки...

Барон Гофер в мрачном раздумье кивнул головой.

- Ладно. За помощь спасибо - мы не откажемся. Заводи свою дружину в город и размещай в казармах. Сразу после полудня приходи ко мне со своими сотниками на военный совет.

Барон повернулся и, не глядя на окружающих, медленно пошел по улице к своему дому. Весть о гибели друга тяжким камнем легла ему на сердце. Следом за бароном на почтительном расстоянии двинулся оруженосец, ведя за уздечку коня Гофера.

Бранд отдал команду своим воинам, и стальная колонна латников начала втягиваться в распахнутые ворота.

Вскоре у крепостной стены никого не осталось. Прибывшие воины устраивались на постой, а местные жители, обсуждая происшедшее, постепенно разбрелись по домам. Остался лишь один караульный на дозорной вышке, да Аргнар, стоящий под сенью раскидистого клена. Он легко коснулся шершавого ствола, провел пальцами по коре и неожиданно как-то по доброму улыбнулся, приметив двух муравьев-трудяг, которые упорно тащили вниз по стволу большую высушенную личинку, бестолково дергая ее в разные стороны и мешая друг другу.

"Совсем как люди, - отрешенно подумал воин. - Суетятся, трудятся, несут добычу в дом и, наверное, даже не подозревают о том, что за ними со стороны наблюдает кто-то, в чьих руках находится власть над их судьбами..."

Он достал кинжал из ножен и аккуратно разрезал гусеницу пополам. Каждый из муравьев, почувствовав свободу, быстро и уверенно помчался со своей частью добычи к большому муравейнику, что располагался у корней клена.

Над белыми с розовым отливом шапками гор появилась нежная полоса рассвета, ширясь и разливаясь по светлеющему с каждой минутой небосводу. И вот, наконец, золотистый просверк стремительно пробежал по величественным оледенелым вершинам, возвещая о приходе нового дня. Показалась ослепительно яркая кромка солнечного диска. Свет неудержимо хлынул в долину, размывая последние остатки сгустков темноты. Сырая неуютная прохлада раннего утра быстро истаяла вместе с ватными клочьями белесого тумана. Дружелюбной глубокой синевой засияло чистое небо, лишь кое-где прочерченное легкими невесомыми перьями белых облаков. Просыпающаяся долина начала заполняться разнообразными звуками. Радостно и жизнеутверждающе запели первые утренние птахи; озабоченно загудели шмели; от извилистой речки донеслось капризное блеяние овец и перезвон колоколов. На поля шумными группами выходили крестьяне. Жизнь шла своим чередом.

Аргнар неспеша направился по центральной улице к дому барона Гофера, на ходу размышляя о грядущей битве с объединенными войсками Форвана и Эрденеха. То, что сражение будет, не вызывало у него никаких сомнений. Он хорошо понимал, что никакие, пусть даже самые высокие, горы не остановят эту смертоносную лавину, а значит - быть великой битве, в которой победителем будет тот, у кого хватит больше мужества, выносливости и умения.

Всецело поглощенный своими размышлениями, он даже не обратил внимания на седовласого сутулого старика в истертом дорожном плаще, который внимательно наблюдал за ним из бокового переулка, укрывшись в тени густого кустарника.

07.06.2018 Поезії / Дитячий вірш
Польот / Дитячий вірш | Анатолій Валевський
Попередня публікація: 07.06.2018 Проза / Роман
Огненная чаша (Часть №12) / Роман | Анатолій Валевський
НадрукуватиПортфоліо автора
*Збереження публ. для прочитання пізніше
Чудово Добре Посередньо
Найновіше
14.06.2018 © Лора Вчерашнюк / Миниатюра
Притча о Дружбе
11.06.2018 © КАЛЛИСТРАТ / Рассказ
ЖИТИЕ ГАРНИЗОННОЕ...:)))
15.05.2018 © КАЛЛИСТРАТ / Рассказ
DIE ARBEIT, ПРОСТИ ГОСПОДИ:)))
14.05.2018 © Лора Вчерашнюк / Сказка
Сказка о Ёжике и его Любви
10.05.2018 © Лора Вчерашнюк / Рассказ
Незнакомка
Огненная чаша (роман фэнтези)
29.05.2018
Огненная чаша (Часть №1)
06.06.2018
Огненная чаша (Часть №11)
07.06.2018
Огненная чаша (Часть №13)
09.06.2018
Огненная чаша (Часть №14)
Сподобалось? Підтримай Автора, поділись посиланням:
Рейтинг: 5 (МАКС. 5) Голосів: 1
Переглядів: 8  Коментарів: 2
Тематика: Проза, Роман
ОБГОВОРЕННЯ
Мене звати: 
Закріплений коментар
Коментар відвідувача стає доступним для ознайомлення лише з дозволу Редактора
 09.06.2018 20:57  © ... для Лора Вчерашнюк 

Ну, в романе потом тоже будут вспоминаться давние времена, когда горы тоже не были охраной, но к чему это привело... впрочем, не будем забегать вперёд... 

 07.06.2018 14:35  Лора Вчерашнюк для © ... 

Увлекательно!!! Интересно, что в наше время открытого возд.пространства горы - уже не охрана. 

БЛОГ "ВІЛЬНІ ТЕМИ"
21.06.2018 © Суворий
Українці Польщі вимагають тих же прав, що й судетські німці (травень 1938)
20.06.2018 © Суворий
Зміниться польська політика проти українців (травень 1938)
20.06.2018 © Суворий
Справа української автономії в Польщі (квітень 1938)
19.06.2018 © Суворий
Чехословаччина в лабетах Москви (квітень 1938)
ВИБІР ЧИТАЧІВ
20.01.2011 © Михайло Трайста
18.09.2013 © Тетяна Ільніцька
27.11.2014 © Серго Сокольник
20.06.2018 © Андрій Осацький
12.09.2014 © Микола Васильович СНАГОВСЬКИЙ
18.11.2014 © Сьомін Валерій Олексійович
Літературне інтернет-видання "Проба пера" ставить за мету сприяти розвитку української культури та мови. У нас можна відшукати твори українською та російською мовами сучасних авторів України. Всі доробки віршів, прози, публіцистики друкують завжди самі автори або редактори за їх особистою згодою. На літературному порталі тільки вірші та проза сучасників.
© "Проба Пера" | 2008 - 2018
admin@probapera.org

Редакція сайту не завжди поділяє погляди та політичні вподобання дописувачів, тому відповідальність за зміст творів несуть самі автори ©  Авторські права на твори застережені і належать їх авторам
© Передрук матеріалів в електронних ЗМІ та на веб-сайтах дозволений тільки за наявності гіперпосилання на probapera.org
© Право на передрук творів у паперових ЗМІ та іншій поліграфічній продукції (а також відтворення у будь-який спосіб в аудіо чи відео форматах) належить авторам і дозволений лише за їх письмової згоди