08.04.2019 15:36
Без обмежень
6 views
Rating 0 | 0 users
 © Господин Д

Маниакально-Депрессивный Психоз Вкуса Черного Мёда

Часть 2

Декстер


Свежий морской воздух трепещет её пепельные волосы, она улыбается, глядя на меня. Ноги проваливаются в теплый и мягкий песок оставляя следы, а тихий океанский прибой смывает их с памяти, оставляя лишь легкую гладь. Как же она удивительна, легка и свободна. Я застыл на месте наблюдая за красотой её естества. Но мой взгляд, вдруг устремился на фигуру наездника в дали, он всё приближался ко мне, а я не мог сфокусироваться на нём. Вот он мчится галопом прямо на меня, он уже совсем близко, в нескольких метрах. Резкость в моих глазах ударила острой болью в виски. Невозможно, но это был всадник из римской конницы, чуть наклонившийся с коня и готовый отсечь мне голову своим окровавленным мечом. Яркая вспышка, вокруг стало очень шумно, лязг стали, крики о помощи, дикий вой, во рту у меня привкус пыли и железа. Я стою на коленях, весь в крови, над телом своего боевого товарища, или нет, мои руки стремительно двигаются вниз и пронизывают его сердце мечом. Еще одна вспышка. Вокруг меня десятки шатров, люди похожие на древних аристократов, как будто с картинок из книжек по истории древнего мира. Стоят длинные столы с изобилием пищи, хрустальные графины с вином, кубки и чаши, это всё похоже на пир победителя. Но если прислушаться, то слышно, как продолжается битва.

- Великий Помпей, вам стоит скрыться от наступления Цезаря, его десятый легион в сопровождении конницы стремительно приближается к лагерю. Прошу вас не идите на верную смерть, мы еще всё исправим, даю свое слово великому триумвирату.

- Никогда не оценивайте противника по числу его войск Тит, это будет нам уроком…

Разговор я уже не слушал так-как мои глаза были прикованы к деревянной лодке, парящей над землей, в которой стояла моя Элисиф. Вдруг резко всё потемнело, вокруг сплошная непроглядная ночь, из далека доносятся стоны, скрежет и медленный бой барабанов. Я стою на обрыве и наблюдаю, как мою возлюбленную уносит река из тысячи рук уже давно мертвых душ. Я смотрю на неё, прямо ей в глаза, а она смотрит на меня. Её лицо выражает лишь боль и кровавые слёзы стекают по её нежным щекам. Я хочу кричать, но не могу – я нем, что-то не так, я касаюсь руками своих губ и не могу нащупать их. Обрыв начинает рассыпаться и проваливаться под моими ногами, а я прикован к земле неведомой силой, я уже падаю вниз, вместе с грудой земли и камней, пытаюсь уцепиться руками за выступы, но десятки холодных рук хватают меня за ноги и тянут на самое дно, я тону среди мертвых и холодных, как снег, тел.

Я резко просыпаюсь во тьме и начинаю жадно хватать воздух своим ртом наполняя им легкие. Моё сердце так быстро бьется, что мне кажется, что оно сейчас просто возьмет и выпрыгнет из моей груди.

Небо заволокло непроглядными тучами, воздух был наэлектризован и пропитан холодной влагой со вкусом железа. Хлынул дождь и громко забарабанил, своими крупными каплями, по моему окну. Поднялся сильный ветер и зашумел мокрыми листьями в кронах деревьев. Я с трудом смог заставить себя заснуть в своей одинокой и холодной постели. 

***

- Эй Декстер! Ты там? – послышался стук в дверь. – Тебя просит зайти к себе мисс Свон. Слышишь, да?

- Да, хорошо, я сейчас зайду.

Придя в себя после жутко-странной ночи, я вышел из своей конуры на белый свет, который в тот час же меня ослепил своей яркостью, так что пришлось прикрыться рукой и прищурится, пока мои глаза не привыкли к этому ослепительному свету. Я направился к задней двери особняка, в надежде, что не увижу Элис, потому что мне было стыдно за свой опрометчивый вчерашний поступок. Я выдохнул тяжело и с облегчением, когда обнаружил, что в саду её нет. Но это облегчение продлилось не долго, до того момента пока я не взялся за дверную ручку, чтобы открыть тяжелую дубовую дверь. Нелепое стечение обстоятельств, должно было случиться именно со мной. Я резко открыл дверь на себя.

- Ой! – испуганно сказала Элисиф, при этом послышались осколки разбитого хрусталя. А вот это уже было совсем не вовремя. Увидев меня, она резко развернулась, как и в прошлый раз, и убежала в комнату отдыха, только пятки сверкали.

- С чего бы это ей быть босой сегодня? – подумал я про себя, нагнулся и начал собирать осколки разбитой шкатулки. – Черт! Опять я дурак! Что со мной не так?! – уже вслух, злостно сказал я сам себе и поплелся на второй этаж, засунув осколки к себе в карман.

Я постучал несколько раз в дверь, и ждал пару минут пока не послышался шорох и звуки открывающегося замка.

- А, это вы Декстер, заходите я как раз вспоминала о вас! – сказала мисс Свон, как всегда одетая в черное и белое. – Я ждала вас немного позднее, ну что уж там, присаживайтесь. – Вам снятся кошмары мистер Арвел?

- Нет, с чего вы взяли? – соврал я и не удержался от того что бы не повести бровью.

- Надеюсь вы мне не врете, потому что я начала за вами немного наблюдать и заметила некое сходство с здешними обитателями планеты «Шизофрения», не хотите мне ничего сказать? А то, что случилось на прошлой неделе? Давайте будем честны перед друг другом Декстер! – сказала она, прищурившись и сверля меня насквозь своим взглядом.

- Я абсолютно честен с вами мисс Свон. – твердо настоял я. - А что было на прошлой неделе? - задумался я.

- Ну хорошо! – недоверчиво посмотрела на меня главврач.

- Я хочу попросить вас, отпустить меня в город. Тут недавно случилось кое-что плохое и я очень хотел бы это исправить, с вашего позволения?

- И это «что-то» скорее всего связанно с Элисф, не так ли?

- Да, это случилось совершенно случайно, клянусь, когда я шел к вам, получилось так, что мы вместе начали открывать дверь, и она от неожиданности испугалась и выронила свою хрустальную шкатулку из рук. – я засмущался и скорее всего покраснел. – И в общем она разбилась, я знаю, как эта шкатулка важна для неё!

- Я вижу, что вы не равнодушны к ней. – выдержав небольшую паузу она добавила. – Что ж, думаю вы сегодня свободны на целый день мистер Арвел, желаю вам удачи, возможно эта утренняя нелепость поможет вам, в какой-то мере выразить ваши чувства, но будьте осторожны.

На этот раз я уж точно покраснел и сгорал от стыда, от чего я пулей вылетел из её кабинета и направился к себе в хоромы, чтобы достать все свои сто восемьдесят три доллара и пятьдесят четыре цента, накопленные за всю свою жизнь. И если я мог хоть как-то искупить свою вину перед Элисиф, то это был именно тот момент, за который нужно хвататься руками и ногами одновременно и никогда не отпускать и не под каким предлогом. 

Дорога до большого города была не близкой, если особенно опоздать на автобус, который и так ходил раз в два часа. Поэтому, быстро запихнувши своё незримое богатство во внутренний карман, я чуть-ли не в припрыжку от радости, быстро направился к автобусной остановке. Часов у меня не было при себе, а те что давали во время войны, я уже давно продал, чтобы не умереть с голоду, как выброшенная на обочину собака. Автобус не заставил себя ждать, я его ждал от силы минут пятнадцать при этом топчась на одном месте и сгорая от желания найти, купить и подарить моей Элисиф, хоть что-то похожее на её разбитую шкатулку, и я непременно должен сделать это сегодня! 

Элисиф 


Мне страшно, я стою одна, внутри деревянной лодчонки, а вокруг меня только тьма - чернее ночи и мертвое море из тысячи рук, они как волны держат меня на плаву. А вдали стоит тот с которым я не осмеливаюсь заговорить о своих чувствах. Меня всё уносит вдаль, а он так и смотрит на меня, а на его лице лишь боль. И вдруг под ним проваливается земля и он начинает падать вниз, хватается за выступы, но безуспешно. Мне хочется кричать, очень громко, так, чтобы он меня услышал, но я не могу, я протягиваю руки к своим губам и не могу их нащупать, они срослись вместе, я не могу дышать, я задыхаюсь и вижу, как мертвые волны тянут его на дно, а меня уносят всё дальше во тьму. Я просыпаюсь вся в поту, жадно глотаю воздух и не могу им насытится.

На столе лежала засохшая, бордового цвета роза, окутанная утренними лучами солнца, проникающими сквозь тонкие занавески на моём окне, кажется будто она светится по краям и немного парит в воздухе. И вот наступил еще один день из бесконечности моей жизни здесь, взаперти, в дали от настоящего мира. 

- Я ненавижу его, ненавижу! И в тоже время люблю, за что же мне это всё? – я тяжело выдохнула и откинулась назад в свою, уже остывшею кровать. – Ах, если бы он знал…

- Если бы он знал, он сказал бы, что ты дура! – проснулся затихший голос в моей голове.

- Да, что ты знаешь о любви!? – возмутилась я.

- Столько же сколько и ты, то есть ничего!

- Ты ошибаешься! Это неправда! – начала я отрицать самой себе. – Интересно, что приготовил Тони сегодня на завтрак?

- Думаю то же, что и обычно, бекон, жареные яйца, а для тебя овсянку с малиной, на молоке, так как ты любишь. Вот тут ты знаешь толк. А в любви к мужчине – ничего!

- Отстань! Не хочу тебя слушать и не порти мне утро! – насупивши брови приказала я своему внутреннему голосу, смотря при этом на себя в зеркало.

Я быстренько оделась и спустилась вниз на кухню, где меня уже ждал мой завтрак, только не тот, что обычно. Я улыбнулась и мне даже полегчало немного после увиденного ночью. Стол уже был накрыт, а на нем лежали подносы с блинчиками и свежее парное молоко в кувшине, еще слегка поджаренные тосты и вареные яйца и сосиски.

- Как всё вкусно выглядит! – сказала я.

- И так же вкусно на вкус! - сказала мисс Аниша, которая сметала крошки с соседнего стола. – Приятного аппетита дорогая.

- Большое спасибо! – ответила я и подмигнула левым глазом.

Взявши всего по немножку, я уселась за стол, что бы хорошенько позавтракать так как была очень голодной. Разрезав последний свой блинчик, я вскрикнула от испуга и подскочила со стула. Вместо твороженной начинки с изюмом в блинчике оказалась мокрая земля, в которой копошились трупные черви.

- Что такое Элис? – тревожным голосом спросила меня Аниша.

- Нет, нет. Ничего, всё нормально. – сказала я, снова открыв глаза и посмотрев на свой блинчик с живыми червями, которых там не оказалось, а лишь творог и черный изюм. Я встала и вышла из-за стола, не забыв конечно же поблагодарить Тони, нашего умелого шеф-повара. Утро было испорчено окончательно, и хуже уже не могло ничего случиться, как мне казалось на первый взгляд. 

После того, что случилось с Декстером на прошлой неделе, я его всё это время ни разу не видела, а мне так хотелось его увидеть, хотя бы мельком глянуть на его лучезарную улыбку.

- Ой, ой, ой. – вскрикнула я, когда увидела, что уже девять часов. – Пора зарядить мою чудо-шкатулку. Ведь только она бережет меня в этом странном мире. – я схватила со стола мою хрустальную шкатулку и побежала вниз босиком, забыв надеть обувь для прогулки. Я уже было хотела коснуться дверной ручки, как внезапно дверь открылась, а за ней появился Декстер. Я почему-то испугалась его, как дикая лань горного зверя, при этом ойкнув и от растерянности выпустила из руки свою шкатулку, которая в тот час же разбилась о каменный порог. И я как дура убежала в комнату отдыха, чтобы спрятаться от человека, которого я люблю, но боюсь в этом признаться. Умостилась в своё мягкое кресло, прижала колени к груди и начала рыдать, как маленькая тринадцатилетняя девочка у которой отобрали её любимую куклу.


Декстер


Добравшись до центра города к полудню, я уже блуждал среди длинных и узких улочек старого города под палящим кожу солнцем. Раскаленный асфальт пах смолой и пропадал из виду где-то вдалеке. Город бурлил яркими красками жизни, множеством людей и машин, но там, где находился я, всё было совсем не так, узкие обветшалые улочки, на которых жили пропитанные настоящим американским духом настоящие американские граждане. Здесь бушевала тишина и спокойствие, и только здесь можно было найти старьевщика у которого было бы хоть что-то похожее на то, что я ищу. 

Я уже обошел около пяти антикварных лавок, но не нашел ничего стоящего, но я дал себе слово, что я обязан это сделать, во что бы то ни стало, и я сдержу своё слово – слово мужчины. 

- То, что ты ищешь, есть в соседнем квартале, прямо за углом. Дай взглянуть на твою ладонь сын великого диктатора. – резко выскочившая из-за угла цыганка перегородила мне путь, а из-за неожиданности у меня проскочило мимо ушей то, что она сказала.

- Что простите?

- Дай свою руку сын богов! – воскликнула она. – И всего лишь за доллар я расскажу тебе кто ты!

- Не сопротивляйся и ты узнаешь всю правду! – гордо задрав голову выпалила цыганка с таким задором, что, наверное, и сама этому удивилась.

Не знаю почему, но я полез в карман за деньгами, а её глаза загорелись ярче огня, когда я достал свернутую пачку купюр, в которой были все мои сбережения. И я вытянул оттуда доллар и просунул ей в руку, а затем дал свою ладонь.

- Убийцам не суждено вкусить запретный плод… - прошипела она странным голосом, а в её глазах искрился страх. Она резко отпустила руку и побежала прочь, оставив меня в недоумении и с тонной сомнений. А пока я стоял в ступоре осмысливая сказанное сумасшедшей цыганкой, из-за угла выскочили четверо её дружков.

- Гони бабки жиденок! – грубо сказал тот, что повыше, наверное, их главарь и приставил к моему горлу кухонный поржавевший нож. Такого исхода сегодняшнего дня я уж точно не ожидал. – Ты что тупой? Деньги доставай из кармана! – повторил он, а я всё стоял не понимая, что происходит. Он убрал нож от моего горла и со всей дури ударил меня в живот, второй который был похож на скелет в пижаме двинул мне в ухо, я упал, а остальные двое начали пинать меня ногами.

- Хватит. – сказал мешок с костями. – Пошарьтесь по карманам и валим отсюда. – кто-то начал рыться в моих карманах.

- Богатенький дурачок! – расхохотался длинный. – Всё уходим отсюда. 

Меня оставили в покое валяться на земле задыхающегося от боли. Я выдохнул, как казалось в последний раз и потерял сознание. Сколько я пролежал в таком состоянии, скрючившийся и ноющий от боли, я не знаю, а очнулся я от того, что кто-то, что-то сует мне в руку – небольшое и холодное как лед. Я открыл глаза, когда крепко держал это что-то у себя в руке, а рядом со мной стоит маленькая девочка, в рваном платье с пепельными волосами и необыкновенными глазами.

- Элисиф… - и я снова погрузился во тьму.

- Не медлите Гней, переоденьтесь в это, нас уже ждут оседланные лошади, путь в Египет не близок мой император.

- Кто это Тит? – насторожившись спросил Помпей.

- Это всего лишь наш приверженец Марк Брут, но времени мало, нужно торопиться!

- Ах, Марк! На твоем месте я бы писал письмо с повинной Гаю Юлию, думаю тебя он пощадит, ведь ты же кровь от его крови, и скорее всего пустит в своё близкое окружение, что сыграет нам на руку, вот увидишь пройдет время и провозглашенный диктатор падёт от твоих рук.

- А как же наш союз и то, что вы мне обещали?

- Всё в силе Марк, но сегодня.

- Пора в дорогу, быстрее! Прощайте Брут, скорее даже до свидания. – сказал Тит Лабиен и вместе с первым членом триумвирата Гнейем Помпеем направились к стоящим рядом лошадям.  

- Как же странно наблюдать чужими глазами, а может это всего лишь мой бред, больное воображение, может я и сам болен? – с этими мыслями я открыл глаза и очутился там, где и думал, а не в лагере римлян. В руке я плотно сжимал что-то твердое и уже теплое на ощупь – хрустальную шкатулку, такую же как была и у Элисиф. Я еле поднялся на ноги, тело всё ныло от боли, кажется мне сломали пару ребер тяжелыми сапогами. Кое-как собравшись с мыслями, я пошагал на встречу закату и путь мой был не близкий так как денег у меня не осталась ни цента, только бесценная шкатулка, которая грела мне сердце.

К полуночи я наконец-то добрался до своего обветшалого домика внутри усадьбы психиатрической лечебницы. Я валился с ног от усталости и боли в боку, грязный и разодранный я упал лицом в подушку без задней мысли о том, что сегодня со мной произошло.

- Гай Юлий, вашего внимания просит Юний Брут.

- Что ж, приведите его ко мне. Мне есть, о чем поговорить с этим человеком.

- Ты знаешь кто я? – спросил Цезарь, когда двери его не скромных хоромов закрылись за спиной Брута.

- Великий диктатор нашей священной империи – Гай Юлий Цезарь, первый из триумвирата.

- Да, и так далее и тому подобнее, а кто я тебе дитя моё ты знаешь?

- Мой император! – сказал Брут, склонившись на одно колено.

- Ну нет же, встань дитя, прошу. – Цезарь легко приподнял его за подбородок и посмотрел ему прямо в глаза. - Твои глаза – глаза Сервилии, но твой ум моя заслуга.

- Мой отец Марк Юний Брут Старший, в этом нет сомнений!

- Ты можешь отрицать наше сходство сколько угодно, но взгляни на меня, а потом рассмотри своё отражение. И вспомни сколько раз я выгораживал тебя на суде, сколько раз я хотел, чтобы ты сделал правильный выбор, но поведением ты напоминаешь мне больше её чем меня и это не дает мне покоя. На этом у меня всё ты свободен дитя моё, ступай.

На утро меня разбудил голос мисс Свон.

- Декстер вы там, у вас всё хорошо?

- Это вы мисс Свон? – спросил я спросонья.

- Да, это именно я, могу я зайти?

- Да, прошу вас.

- О боже, что с вами случилось?! – восклицательно спросила она, но уж как-то не очень правдоподобно.

- Большой город случился мисс Свон, я впорядке. Могу ли я задать вам вопрос совсем не по теме того, что со мной случилось?

- Что может быть важнее того, что вас чуть не забили до смерти?

- Юний Брут, вы знаете, что он был сыном Цезаря?

- Довольно странный вопрос с утра, это так, но и это довольно мало известный факт, о котором знают не многие и только те, кто читал Плутарха, это древне римский философ… - она запнулась, - Зачем вам всё это? Вы, что начали интересоваться историей? – ухмыльнулась она.

- Да не то, чтобы уж очень, но можно сказать и так, мне это приснилось, хотя я об этом ни где ни читал и ни где не мог слышать.

- Одни сны могут приносить – боль, страдание, страх, отчаяние, смех и радость, а другие могут и знание. Знаете, вы не один такой, которому приснился сон из загробной жизни давно забытой эпохи. Есть и такие, которые проснувшись заговорили на десяти иностранных языках. Так что не предавайте этому особого значения. И знайте, что мы все особенные, просто кто-то больше, а кто-то меньше и иногда грань которая находиться между двумя мирами, просто исчезает и дает нам право выбора. Но нужно быть сильным духом, чтобы осязать это знание, а те, кто слаб попадают к нам. Так что делайте свой выбор господин Арвел. Думаю, вам стоит отлежаться и привести себя в порядок! За что же я вам плачу! – сказала мисс Свон и поспешила выйти из моей лачужки.

Вся моя жизнь пошла кувырком, как только я здесь оказался, все эти кошмары и странные сны с подробностями тысячелетней давности – сплошной бред сумасшедшего, хотя таковым я не являюсь, или я это отрицаю, потому что боюсь оказаться на месте этих угнетенных людей.

Правый бок у меня ужасно болел, а когда я приподнял рубашку, то вместо него был огромный, лилово синего цвета синяк и кровавые оттеки на коже. Шея жутко чесалась и зудела, подойдя к зеркалу я увидел, что зудела она точно не от грязи, а от запекшейся крови на тонком порезе. Вид у меня был бомжеватого мужчины за тридцать, грязного и потрепанного. В таком виде я не мог появиться к Элисиф – вонючий и помятый.

На часах было пол девятого утра и у меня было в запасе на всё про всё еще пол часа до того, как она выйдет на свою утреннею прогулку, так, что я быстро начал приводить себя в порядок.

Я уже практически побрился до конца, оставалась левая щека, когда ко мне кто-то, как кошка, подкрался сзади.

- Привет. – томным голосом сказала Элисиф.

- Привет! – еле выдавил я из себя, потому что от неожиданности я порезался бритвой, а от внезапной боли оскалился.

- Ты порезался? Прости! Я нисколечко не хотела тебя напугать, извини. – как же я скучал по этому голосу. – Ты мне снился, а если мне кто-то сниться, то значит, что он в беде, и я боялась, что ты тоже.

- Со мной всё в порядке. – соврал я, - Спасибо.

- Ну хорошо, тогда я пойду, извини меня за это. – она провела пальцем у себя по щеке. 

- Постой Элис! У меня для тебя кое-что есть, и думаю тебя это очень обрадует. – руки у меня тряслись, как у подростка, который вот-вот первый раз поцелует девчонку. Я достал из кармана своей куртки шкатулку и спрятал её в руках. – Постучи три раза и подуй. – как-то нелепо вырвалось из моего рта, видимо потому что лучше я ничего не мог придумать. Она с удивлением посмотрела на меня, потом на мои руки, постучала и подула на тыльную сторону моей ладони, а когда я открыл ладони её глаза за искрили от радости, она схватила шкатулку и убежала к пруду, но потом так же быстро вернулась поцеловала в мою порезанную щеку и снова убежала от меня, и я застыл, как камень, а на моей щеке горел её нежный поцелуй.

Я был голоден и не только от любви к Элисиф, но и от того, что не ел со вчерашнего утра, поэтому я направился на кухню. Как ни странно, но там никого не было, а остывшая еда лежала на столе раздачи. За соседним столом сидел Ричард, который не на шутку меня пугал и сверлил своим диким взглядом.

Он подошел ко мне со спины, пока я накладывал себе еду и начал прокалывать моё тело самодельным ножом, как шилом прокалывают кожу, при этом повторяя одно и тоже.

- Убийца не заслуживает вкусить запретный плод! Нет, не заслуживает, он убийца, убийца! – он уже кричал своим писклявым, поддельным голоском, а потом начал заливаться смехом.

Я рухнул на пол, а Ричард продолжал дьявольски смеяться, пока в столовой уже не собрался весь персонал и больные этой чертовой лечебницы. Я истекал кровью, а он, перерезавши себе горло, начал захлебывался своей кровью, но продолжал смеяться.

Близькі за тематикою матеріали читати в розділі:

Пропонуємо ознайомитися з наступною публікацією автора «Маниакально-Депрессивный Психоз Вкуса Черного Мёда (Часть 3) / Повесть | Господин Д». Якщо Ви пропустили, до Вашої уваги попередня публікація «Маниакально-Депрессивный Психоз Вкуса Черного Мёда / Повесть | Господин Д».


Сподобалось? Чудово? Класно? Корисно? Нецікаво та посередньо?



Можливо Вас зацікавить:

Обговорення

Візьміть участь в обговоренні

Ваше ім`я, псевдо або @: 
Закріплений коментар
Коментар відвідувача стає доступним для ознайомлення лише з дозволу Редактора

Публікації автора Господин Д

Літературні авторські твори, вірші, проза на теми: кохання, любов, життя тощо