10.07.2023 19:36
для всіх
64
    
  3 | 3  
 © April

Бег

Бег Рассказ - эссе

О сказочном городе и «Душе поезда»

(вместо эпиграфа)

Судя по изнуренному внешнему виду, человек бежал уже давно. Его дыхание было надрывным, и он то и дело спотыкался даже о мельчайшие неровности на дороге. Грязь и потертости на коленях брюк говорили о том, что он уже не раз падал. До вокзала оставалось всего несколько десятков метров…

Это был необычный вокзал в необычном городе, который приезжие между собой почему-то называли «городом мечтаний». От вокзала уходила лишь одна колея, по которой отправлялся всего один поезд, следовавший, как было указано в билете, до города Счастье. Поезд отправлялся настолько часто, насколько в этом была потребность горожан, а так как желающих ехать было немало, следующий рейс начинали готовить сразу по его возвращении. Иногда, крайне редко, отправление немного переносили из-за возврата билетов пассажирами, которые по каким-то непонятным остальным причинам передумывали ехать.

И что примечательно, в этом поезде был всего один проводник, которого не всякий мог заметить за время следования.

... Заплечный рюкзак преступно больно давил на плечи, а пот застилал глаза. Несмотря на это, человек, приблизившись к платформе, смог разглядеть, что поезд уже начал движение. Видимо, из последних сил, о чем говорило сильное напряжение, запечатленное в его глазах, он ускорил бег и каким-то чудом впрыгнул в дверь последнего вагона, заранее открытую проводником. Дверь тут же захлопнулась и присутствующие на перроне, ставшие свидетелями происходящего, облегченно вздохнули...

Человек, видимо, еще не до конца осознавая свою удачу, переводил растерянный взгляд со стен тамбура на движущиеся за окном пристанционные пейзажи. При этом он с трудом удерживал себя на все еще шатающихся ногах и старался справиться с надрывным дыханием. Пот продолжал струиться по его лицу, спускаясь к подбородку, смахивать который уже просто не было сил...

До сих пор пребывающий рядом проводник, дождавшись, когда пассажир успокоится и выровняет дыхание, уточнил, все ли у него нормально и куда он следует. Обессиленный человек кивком дал ответ на первый вопрос и, немного удивившись второму, почти с гордостью назвал конечный пункт, а в дополнение с легкой иронией протянул свой билет для контроля.

— Да, все верно, — невозмутимо ответил проводник и, заглядывая пассажиру в глаза, с легкой улыбкой уточнил: — А вы действительно едете до конечного пункта? — И сразу добавил:

— Извините за вопрос, задавать его — часть моей работы, которую я стараюсь выполнять исправно.

— Конечно же, вне всяких сомнений! Я, как и все в этом поезде, еду навстречу своему счастью, — подтвердил человек.

— Дело в том, — продолжил проводник, — что по пути следования часть необычных, я бы так их назвал, людей, передумав, выходят на незапланированных станциях. И, заметьте, я точно знаю, что они отнюдь не отказывались от своего счастья.

— Я об этом никогда не слышал… И что же движет ими? — с недоумением спросил пассажир.

— О, это интересная тема для разговора, — начал свой ответ проводник. —Учитывая, что подобные вопросы мне задают нечасто, я мог бы найти время и поделиться некоторыми историями, которые слышал от них по пути следования за чашкой превосходного чая; который, кстати, рекомендую попробовать и вам.

— Как прикажете вас величать? — спросил человек, заинтересованный услышанным и, видимо, желающий продолжить диалог.

— Мои работодатели в штатном расписании поезда мою должность указали, как «Сопровождающий». Но иногда, видимо, из-за того, что я всегда готов ответить на потребность каждого пообщаться, пассажиры называют меня не иначе как «душой поезда», — ответил проводник и тут же серьезно, добавил: — Но проблема в том, что не всякий стремится поговорить со мной, а, услышав меня, понять. Более того, многие будто не замечают моего присутствия или делают вид, что не замечают. И поэтому таким, как вы, я иду навстречу в первую очередь.

После услышанного лицо человека преобразилось. Он уже не казался уставшим, взгляд прояснился, а в глазах зародился пытливый огонек разумного человека, жаждущего новых знаний.

Тем временем душа поезда продолжил:

— Вот и выходит так, что моя главная миссия здесь — помочь тем, кто, услышав меня, искренне ищет ответы на свои вопросы.



Входящий звонок на мобильный в столь поздний даже по моим меркам час не так возмутил, как вызвал интерес: кто на сей раз в столь позднее время? На часах — начало десятого вечера. Хотя за последние несколько лет я привык принимать звонки по работе в разное время, не исключая выходные и праздничные дни, они меня иногда напрягали, как принято сейчас говорить. Причина разного отношения к звонкам, думаю, кроется во внутреннем состоянии человека в этот момент. Иногда, знаю по себе, негативное отношение к звонку во внеурочное время может быть следствием незавершенности рабочих вопросов днем, когда на подсознании не исключаешь во время отдыха возможности продолжения неприятной рабочей темы. Так поздно воспитанный сотрудник нашей компании по рабочим вопросам, как правило, не звонит. Исключение составляют те из них, кто, зная об одной из слабых сторон моего характера, просит поделиться соображениями по какому-либо важному вопросу, так как утром должен быть готов ответ для его решения. В данный момент мое расположение духа и внутреннее состояние были в позитивном диапазоне, поэтому поздний звонок не вызвал негативных эмоций, лишь интерес.

Звонил давний товарищ, которого я хорошо знал по предыдущему месту работы в одной из иностранных компаний. С Владимиром, так его звали, мы уже несколько раз планировали повидаться, но после предварительного созвона что-то вставало на пути наших планов. Инициатором встречи выступал он, и поэтому я, как воспитанный человек, не имея на то морального права, не пытался ускорить день встречи, а просто ждал очередного звонка с новым предложением даты, времени и места. Еще с первого звонка смысл предстоящей встречи был мне ясен, оставалось только встретиться за чашкой кофе, чтобы во время беседы обсудить детали интересующей Владимира темы.

На этот раз ничто нам не помешало — запланированная встреча состоялась в назначенное время в одном из кафе недалеко от моего дома, куда Владимир любезно согласился приехать несмотря на то, что жил на левом берегу Днепра. Кафе выбирали с особой тщательностью. Если без шуток — его мне посоветовал сын, который уже бывал там неоднократно и остался доволен атмосферой места и качеством кофе, который, как он заметил, готовится там с душой.


С Владимиром встретились у входа в кафе, поприветствовали друг друга и сразу вошли внутрь. Внутренний интерьер, как описывал сын, был на самом деле довольно комфортным: новая аккуратная современная стойка, удобно расположенные столики, несколько мягких диванчиков, помимо стульев, наличие второго уровня с ведущей на него винтовой лестницей, спокойные пастельные тона на стенах, мягкий свет и хорошо подобранная музыка. Антураж вполне вписывался в мое представление о месте, удобном для проведения такого рода встреч. Сразу перешли с девушками за стойкой на украинский язык, на котором они со всеми общаются, и особо актуальным это стало с начала войны. А также почти «на автомате» установили с ними незримый доверительный контакт — элемент приобретенного опыта бизнес-мужчин, видавших виды и понимающих толк в вопросах быстрого налаживания необходимых коммуникаций с окружающими. За это быстро получили заслуженный бонус — предложение занять наиболее удобное место для делового разговора, тщательную уборку столешницы, искренние радушные улыбки. Мы устроились за предложенным столиком. Пока Владимир с присущей ему скрупулезностью изучал меню, инспектировал чистоту стола, а также наличие на нем соответствующих атрибутов, чем меня совсем не удивил, и делал заказ, я еще раз окинул его взглядом и старался сравнить с тем Владимиром, которого я хорошо знал.

...Мы не виделись около пяти лет. Наши встречи происходили с периодичностью примерно раз в два-три года и являлись данью воспоминаниям о совместной работе в одной из новых в то время иностранных ритейл-компаний в Украине. Бывали на них в разное время, в зависимости от занятости, от четырех до восьми человек. Предложение встретиться я всегда получал от своего друга, который начал работать в этой компании еще до моего прихода и рекомендовал меня. С Игорем — так его звали — меня связывала пара значимых для меня событий в жизни: учеба в военном вузе и налаживание дружеских, доверительных отношений, а также совместная работа в одном из холдингов с центральным офисом в Киеве, на работу в который я пришел также по его рекомендации. Кстати, в ритейл-компании по воле провидения Владимир был боссом Игоря, а Игорь в свою очередь являлся моим боссом.

Как и в прежние годы, Владимир выглядел целеустремленным, сосредоточенным, местами даже педантичным. Он глубоко вникал в детали получаемой по ходу беседы информации и уверенно ее вел — в нем все еще оставалась эксклюзивная, как визитная карточка, заточенность на результат. Можно сказать, что внешне он почти не изменился: фигура осталась сравнительно подтянутой, на лице обозначилась всего пара новых морщин, а голову «украсила» одна прядь седых волос. Одежда была достаточно простой, но элегантной, каждый ее элемент был подобран со вкусом, в чем чувствовалась женская рука. Нетипичным в этом «ансамбле» вещей была бейсболка, которую он не снимал даже за столом — возможно, скрывал наметившиеся изъяны в некогда пышных вьющихся волосах. Что сразу бросалось в глаза и было совершенно новым, так это его существенная хромота, скрывать которую он был уже не в силах — видимо, опорно-двигательный аппарат таким жестким, бескомпромиссным способом устанавливал баланс между болью и его потребностью двигаться.

Помимо уже описанных изменений, я не заметил блеска в глазах и не ощутил былого внутреннего стержня, присущего людям с сильной внутренней энергетикой, уверенностью в правильности принимаемых решений и осознанием выбранного пути. Возможно, начал сказываться возраст или временно навалилась усталость. А может, осмелюсь предположить, многогранный опыт, склонность к самоанализу и пытливый ум зародили сомнение в правильности очередного выбранного шага на его жизненном пути.

Заказанный кофе и предложенный Владимиром дополнительно к нему десерт нам принесли почти сразу. Разговор, ради которого мы встретились, начался фактически одновременно с первым глотком ароматного кофе. Кстати, по легенде, которую эзотерики считают былью, зерно кофе было впервые привнесено на землю богами (точнее, существами со сверхспособностями, которых наши давние предки так назвали). Отсюда и известная многим фраза: «Кофе — подарок богов». Да и как по-другому относиться к этому поистине магическому напитку, если многие из нас, едва почувствовав аромат хорошего, свежемолотого кофе, уже не в силах преодолеть его притягательную силу, не в состоянии справиться с искушением и прервать на время свой жизненный бег, чтобы выпить нескольких его глотков. И что еще удивительнее, взяв в руку чашку этого дивного эликсира, мы не делаем сразу первый, казалось бы, самый желанный глоток, а как бы замираем на мгновение, обостряя обоняние, чтобы на последующем медленном вдохе уловить всю глубину аромата в надежде распознать его волшебную суть...


...Наш разговор касался созданного недавно Владимиром бизнеса, для успешного развития которого он рассматривал разные направления, в том числе изучал возможные точки соприкосновения с корпоративным бизнесом, в котором уже много лет пребывал я. Общение проходило в непринужденной манере, что присуще людям, хорошо знающим друг друга, а также понимающим смысл и конечную цель такого рода диалога. Для выяснения вопросов, «вынесенных на повестку дня», нам понадобилось в общей сложности около часа, причем помимо основной темы встречи часть времени мы с удовольствием посвятили воспоминаниям о совместной работе.

То были непростые времена, так как перед нами стояла задача за сравнительно короткий промежуток времени подготовить и реализовать несколько серьезных проектов по строительству крупных ритейл-объектов в стране. Такая задача, а особенно лимит времени, требовали от большинства сотрудников, помимо определенных профессиональных навыков, постоянной концентрации личностных ресурсов, таких как психологическая выдержка, физическая выносливость, нацеленность на результат, упорство в достижении цели и пр. Приходилось прибегать к так называемым авралам — работе по вечерам и в выходные, активно применять неотложные командировки за рулем, невзирая на непогоду и время суток и т. п. Это абсолютно не присуще иностранным менеджерам, но, к сожалению, по старой «совковой» привычке практиковалось в работе нашими местными управленцами. До сих пор меня бросает в легкую дрожь при воспоминании об одной такой безрассудной по срочности поездке в Одессу зимой вечером в метель по заснеженной трассе при видимости в несколько десятков метров.

Да, мы умели и одновременно были вынуждены так работать, не щадя ни нервов, ни здоровья. Кто-то — потому что так воспитан и не мог подводить коллектив, а кто-то — потому что просто боялся потерять хорошо оплачиваемую работу. И это все работало как система, в которой тот, кто не был готов к такому жесткому ритму, выпадал из обоймы, его ждало увольнение, замена на другого, более достойного. К сожалению, почти за год упорной работы мы не смогли в силу разных причин, от нас не зависящих, добиться запланированных результатов. Но все это уже в прошлом...


Говоря почти официальным языком, мы с Владимиром исчерпали вопросы, вынесенные на повестку дня, и наша беседа фактически подошла к концу. Я непроизвольно оглянулся. Все это время я сидел спиной к окну и не заметил, как изменилась погода, небо затянуло тучами и пошел дождь. Капли слегка барабанили по окнам и карнизам кафе, нагоняя необъяснимое уныние и на без того мрачные, грустные, какие-то театрально-восковые лица его посетителей.

«А я хочу такое же большое пирожное и такую же сладкую воду!» — детский голосок принадлежал девочке лет трех-четырех, судя по всему, дочке молодой пары, которая несколько минут назад обустроилась за соседним столиком. Девочка указывала своим маленьким, почти кукольным указательным пальчиком на официанта, который расставлял на соседнем столе десерт и напитки. «И вам тоже чего-то вкусненького, сладенького! Вам тоже!» — сразу добавил ребенок своим ангельским голоском.

Немногочисленные посетители кафе, услышав этот бесхитростный, радостный, забавный голосок, как будто пробудившись ото сна, сосредоточили свои взоры на ребенке. Детская прямолинейность и непосредственность мгновенно подкупили их и вызвали ответные искренние и живые улыбки. Такая открытая, яркая реакция взрослых часто бывает ответом на задорную, веселую детскую шалость, пробуждая в них приятные, нежные воспоминания, но, к сожалению, с возрастом для многих она становится обыденной, привычной.


Дивным способом этот юный голосок глубоко проник в мое сознание и одновременно отозвался необъяснимой теплой волной где-то в центре груди. Это было совершенно новое чувство, описать которое в точности я не берусь. Но что я точно могу сказать, так это то, что прозвучавший голосок, принадлежавший от природы искреннему, бескорыстному, юному созданию, стал для меня подобием яркого лучика света, пробившегося сквозь серую тучу привычной, банальной, земной суеты взрослых.

Возможно, это было лишь мое личное субъективное эмоциональное восприятие, как говорится, «седьмое чувство» или мое неосознанное ощущение на уровне души, а может, просто разыгралось воображение… Но кто из нас, простых смертных, знает точно, где проходит и какова та грань между воображением, сознанием и душой? Кто из нас готов судить об этом достоверно?!

Что-то подсказывало мне, что эти необычные всплески моих ощущений и аналогий, — назовем их психоэмоциональными — пришли не просто так, а для того, чтобы натолкнуть меня на рассуждения. Вопрос, который не оставлял меня безучастным: как так выходит, что от природы искренние, бескорыстные, открытые, доброжелательные юные создания со временем превращаются в закостенелых, прагматичных, безучастных, аморфных взрослых? Если провести аналогию, мы приходим в этот мир книгой с чистыми белыми листами, а родители, воспитатели, учителя и наставники наполняют ее содержанием. Все эти «писатели» вносят в книгу слова и строки, суть которых в конечном итоге — подготовить человека к правильной жизни в обществе, главный смысл которой по их разумению — соответствовать нормам социума. Причем никто из наставников даже не задумывается всерьез о правильности основных принципов воспитания и ответственности за формирование судеб подопечных. Их самих учили этому же и также, поэтому у них нет и тени сомнений в том, что, вкладывая в детское сознание старые стереотипы, они творят благие дела!

Попав в жернова общества, человек с детства начинает ощущать его жесткие рамки. В наиболее продуктивном для формирования личности возрасте, когда дети и подростки по своей природе максимально доверчивы и восприимчивы, социум сразу как бы помещает их в определенные рамки. Каждый из нас помнит, как в детстве и юности нас заставляли пройти через безусловные и всегда токсичные для детей глаголы и словосочетания на их основе: нельзя, не бери, не бегай туда, не ходи сюда, делай, как все, учись хорошо, слушай старших и т. п.; как в школах и вузах нагружали, порой просто заваливали огромным количеством знаний и информации, большая часть из которой не пригодилась. И для того, чтобы идти в ногу со всеми, не стать изгоями и не быть посрамленными окружающими, ученики и студенты раньше и сейчас вынуждены тратить на такое обучение большую часть своего свободного времени. А оставшегося не хватает даже на то, чтобы просто отдохнуть в тишине, а может, почитать полезную литературу, поиграть в развивающие логические игры, обсудить с друзьями и приятелями интересующие темы, просто погонять в футбол.

Параллельно с массированным учебным графиком подростков и молодых людей приобщали к жизни в правильном социуме: мотивировали получать хорошие оценки в учебе, дабы стремиться попасть в привилегированную касту «отличников», взращивали прилежность в поведении, культивировали послушание педагогам независимо от их умственных способностей и персонального отношения к ученикам, учили, как стать лучшим в соревнованиях и победителем на олимпиадах по предметам обучения, недвусмысленно рекомендовали носить правильные прическу и форму одежды, тренировали говорить высокопарные слова-лозунги для достижения уровня вожака и пр.


Выходит, что уже в начале пути детей и подростков постепенно приучают к мысли о разных категориях людей — правильных и неправильных, сильных и слабых, тем самым де-факто противопоставляя одних другим, с детства внося раскол в их отношения, разобщая. А в возрасте постарше социум выводит личность на следующий этап становления и развития, создает новые испытания для неокрепшего сознания, подталкивая человека побороться за лучшее рабочее место, потом — за новую, более престижную должность в компании, и некоторые стремятся обойти более достойных, переступить через них. После открытия своего бизнеса — за стремление подавить конкурентов жесткими, практически любыми методами, даже если они — их друзья, а став директором — сражаться за получение максимальной прибыли, в том числе за счет снижения зарплаты сотрудникам, от которых в первую очередь зависит результат и успех и т. д. Все это еще больше увеличивает пропасть между образованными ранее категориями правильных и неправильных, сильных и слабых.

Так из года в год, в основном под влиянием социума, личные приоритеты человека, его жизненные ценности смещаются не в лучшую — потребительскую сферу, тем самым взращивая в нем эгоизм, зависть, жадность (или стремление обладать), скупость (или страх потерять), лукавство, подхалимство, агрессию, замкнутость. Из кристально чистого от природы человек постепенно превращается в более зацикленного на получении максимально возможных материальных благ и статуса, наивно полагая, что это — путь к его личной независимости, свободе и чуть ли не смысл всей его жизни.

У большинства из нас, к сожалению, на фоне такого конкурентного развития подсознательно развивается почти неконтролируемое неприятие других, которых надо остерегаться, так как они — потенциальные соперники и могут мешать добиваться новых материальных благ и положения в обществе. С годами люди привыкают воспринимать жизнь как соревнование и даже борьбу, относиться к окружающим с определенной долей недоверия, настороженностью, даже с агрессией. Все это, естественно, накладывает отпечаток на восприятие окружающих, их душевное состояние и поведение. Такие люди становятся более замкнутыми, угрюмыми, меньше смеются, часто бывают задумчивыми, чаще взвешивают каждое слово перед ответом даже на простой вопрос...


Мои размышления прервал Владимир, увидев, что с очередным глотком кофе моя чашка пустела, предложил заказать еще. Кофе был на самом деле превосходным, но не в моих правилах, особенно в последние несколько лет, пить сразу по две чашки пусть и безукоризненно приготовленного кофе в хорошей компании.

Через несколько минут, рассчитавшись с официантом и попрощавшись, мы вышли на улицу. Дождь закончился, и нас встретило яркое солнце с искрящимися веселыми отражениями-зайчиками в маленьких лужах. Владимир выходил первым, и я не мог снова не обратить внимания на его хромоту. Если в начале встречи я посчитал этот вопрос не тактичным, то сейчас я отважился, чтобы иметь возможность чем-то ему помочь, например, порекомендовать хорошего врача, с которым знаком лично.

— А что за проблема, почему хромаешь? — спросил я и тут же добавил: — Диагноз уже есть или хотя бы рекомендации толкового специалиста?

— Да, в общем-то здесь мне все уже понятно, — ответил Владимир. — Есть диагноз и вердикт. Все банально просто: сказали, как буду готов, милости просим на операцию, и с улыбкой добавил: — Мы ведь с тобой уже немолодые.

В его ответе и необычной, глубокой по смыслу улыбке я уловил оттенок грусти и какой-то недосказанности, что ли, которая по моим ощущениям была связана не только с проблемой здоровья. Эти эмоции были совсем нетипичными для него, человека решительного, привыкшего ставить перед собой и коллегами «по цеху» конкретные цели и вести к их достижению. То ли это было проявлением какой-то сиюминутной слабости, то ли сказывалась накопившаяся усталость от долгого, многомесячного поиска оптимального пути развития бизнеса. Я не стал в этот завершающий момент встречи задаваться поиском ответа на возникший у меня вопрос, тем более озвучивать его — наши отношения были не настолько близкими, чтобы вторгаться в зону личного комфорта.

В ответ не нашел ничего оригинальнее, и из моих уст сорвалось банальное:

— Ну, здоровье не купишь, за ним надо следить вне всяких сомнений.

Но тут же натолкнулся на свой же внутренний протест по поводу сухих слов.

Мы все постоянно куда-то спешим, бежим, будто боимся опоздать на уходящий поезд. Если оптимистично, то скажу словами героя известного фильма: «Спешим жить». Знать бы еще, как это — жить правильно, и поезд какого направления следования нам выбрать, — с открытой широкой улыбкой добавил я, как бы ставя в этом месте важное многоточие…

Сказанные мной слова не были спонтанными, они не раз приходили мне на ум и раньше. Я стараюсь не делиться такими серьезными выводами с кем попало, но сейчас, уверен, был иной случай, и я не пожалел, что произнес все это. В глазах Владимира я разглядел подобие микса из нескольких сильных по своей энергии чувств — что-то вроде радости прозрения, воодушевление и умиротворение, но это длилось лишь мгновение, и за ними быстро последовала пелена из раздумья, настороженности и сомнения. Как будто на моих глазах за несколько секунд в человеке проходила борьба между старым, привычным, обыденным и новым — притягательным, добрым, но непознанным и поэтому еще пугающим.

Я сделал вид, что ничего особенного не заметил, тем самым оставляя его наедине со своими мыслями и ощущениями. В этот момент двери кафе открылись, выпуская посетителей. Это была та самая маленькая девочка со своими родителями. По всей видимости пребывание в кафе им всем пошло на пользу, и веселая сладкоежка с родителями, пребывающими в отличном, как и она, расположении духа, о чем-то непринужденно советовались — видимо, выбирали очередное приятное место на этот день...


Через призму моих рассуждений в сознании сразу рождаются сложные риторические вопросы: каким для этой девочки будет новый завтрашний день, месяцы и годы; что ждет на жизненном пути? Через что придется пройти; что преодолеть, выдержать; что найти и что потерять.

Сейчас это неведомо никому. Ясно лишь, что и ее ждут нелегкие испытания и выбор правильного пути в определенные моменты жизни — пожалуй, самый сложный из них.


========

В этом месте я все же решил дополнить и отчасти подытожить ход моих рассуждений.

Такую навязанную искаженную систему ценностей с ее базовой нацеленностью на материальную доминанту, борьбу за материальное выживание я бы назвал забегом по закрытому тоннелю социума, в конце которого каждый участник мечтает увидеть обещанный воспитателями-сеяльщиками особый свет. Но, к сожалению, общество по какой-то причине так и не научилось, говоря словами классика, «сеять разумное, доброе, вечное» с самого детства, чтобы воспитывать людей по-настоящему нравственными, не допускать их деления на хороших и плохих, а принимать такими, какие они есть, уважать выбор любого человека. Ведь каждый из нас — это особый, исключительный по-своему человек, часто непознанный до конца окружающими. И абсолютно верно суждение о том, что человек — это целая Вселенная. Выстроенная таким образом система ценностей социума фактически не концентрируется на развитии в человеке таких нравственных ценностей, как честность, доброта, милосердие, бескорыстие, отзывчивость, щедрость — все то, что фактически должно быть в приоритете воспитания с детства, соответствовать сущности человека и делать его человечнее.

Надо признать, что общественная система организована таким образом, чтобы быть способной развивать и такие позитивные личностные качества, как целеустремленность, решительность, внимательность, иногда смелость. Но они, по моему убеждению, имеют вторичное, сопутствующее значение в этой системе ценностей, образуя подобие каркаса, и сохраняются в этой системе лишь потому, что без них она не была бы жизнеспособной, рухнула бы. Совершенно точно, что не все, побывав в тисках социума, остаются полностью зависимыми от его нравов, ритма и жесткости, не все поголовно стремятся лишь к материальному благополучию, позабыв о духовном, нравственном развитии.

На самом деле в мире немало добрых, отзывчивых людей. Эти качества, по сути, есть в каждом, но проблема в том, что сумасшедший ритм жизни не всегда дает возможность проявить их. И задача человека — научиться использовать заложенный в нем с рождения потенциал светлого и доброго, чтобы иметь силы противостоять росткам темного, чаще выходить за материальные рамки социума, видеть мир во всех его лучших, в том числе духовных проявлениях.

Да, верно говорят: слаб человек. Но это не должно становиться смиренной аксиомой, а напротив, неким вызовом для человека, принять который он обязан, чтобы доказать обратное. Человек должен учиться развивать в себе интуицию, уметь в сложные моменты распознавать свой внутренний голос, идущий только от его подсознания и души, чтобы делать потом правильные шаги в жизни, не сбиваться со своего истинного пути.

======

Мы расстались по-деловому и по-приятельски быстро.

Позже, уже дома, допивая вторую положенную за день чашку отличного ароматного кофе и вспоминая в этот приятный момент нетленные слова гения из его «Фауста»: «Остановись мгновенье, ты прекрасно!», я получил следующее сообщение от Владимира: «Благодарю за встречу! Услышал даже больше, чем хотел. Есть о чем поразмыслить наедине».



Киев, октябрь 2022

Візьміть участь в обговоренні

+++ +++
  • Зберегти, як скаргу
Не знайдено або поки відсутні!